Бойцы четвертого измерения | Если спецназ (десантура, морпехи) наденет свой берет – НАТО будет пи-пи–!
Командование сил специальных операций остается одной из самых закрытых структур в ВС РФ. Известно, что только за последние полгода в Сирии погибли два бойца ССО: Федор Журавлев и ставший посмертно Героем России Александр Прохоренко.
Военнослужащие сил специальных операций выполняли важнейшие задачи. Наводили и корректировали авиаудары, в том числе крылатыми ракетами, по позициям запрещенного в России «Исламского государства», спасали пилота, и бортовые самописцы сбитого турецкими ВВС российского фронтового бомбардировщика Су-24М. Это малая часть списка.
Сборы в Солнечногорск
История сил специальных операций началась в 1999-м, когда в подмосковном Солнечногорске был создан Центр подготовки специалистов, а фактически воинская часть особого назначения, подчинявшаяся непосредственно начальнику Главного разведывательного управления. Позже центр получил название «Сенеж», а бойцов стали называть «подсолнухами». Одним из отцов-основателей стал тогдашний начальник Генерального штаба генерал армии Анатолий Квашнин.
Иногда этот центр называют учебным, но по словам нескольких собеседников «Военно-промышленного курьера», «Сенеж» никогда не носил такой «приставки», а формулировка «подготовка специалистов» служила скорее прикрытием, а также подчеркивала особый статус части.
Первоначально были сформированы четыре направления специальных операций. Бойцы воздушно-десантного отрабатывали сложные прыжки – как затяжные, так и с раскрытием парашюта сразу после отделения от борта.
Владение такими способами позволяет спецназовцам незаметно для противника пролететь десятки километров.
Специалисты прыгали и днем, и ночью с использованием приборов ночного видения, в плохую погоду, при сильном ветре и тумане.
Военнослужащие горного направления стали боевыми альпинистами, научились штурмовать высокогорные вершины, захватывать и удерживать перевалы, ледники. Подготовка специалистов проходила, в частности, на базе расположенного в Приэльбрусье учебного центра «Терскол». Бойцы совершали сложные восхождения, даже поднимались на вершину Эльбруса.
Спецназовцы штурмового направления учились не только брать дома и другие строения. Задачи ставились значительно шире – захват объектов противника в различных условиях, на любой местности.
Бойцы морского направления осваивали всевозможные акватории, отрабатывали действия в водолазном снаряжении с использованием специальных буксировщиков и легких катеров. Учились захватывать корабли и прибрежные сооружения.
Уже по опыту боевых действий в Чечне в центре появилось пятое направление – охрана высокопоставленных военных. Министра обороны защищают сотрудники ФСО.
Но в условиях боевых действий таких должностных лиц, как начальник Генерального штаба, командующий войсками округа, раньше сопровождали в лучшем случае разведчики или спецназовцы.
Подготовка подобных «охранников», мягко говоря, оставляла желать лучшего.
Поэтому вопрос о создании специализированного подразделения, занимающегося защитой высокопоставленных представителей Минобороны, до появления пятого направления стоял остро.
В то же время, по словам собеседников «Военно-промышленного курьера», в центре никогда не существовало жесткой привязки бойцов к конкретному направлению. Все «подсолнухи» учились прыгать с парашютом, ходить в горы, плавать с аквалангом, штурмовать дома. Но в зависимости от задач отдельные элементы подготовки для бойцов были более углубленными.
Более того, командование старалось, чтобы специалисты за время службы отработали в нескольких направлениях. Осуществлялся обмен опытом, знаниями, навыками и умениями между подразделениями. К примеру, боец, пришедший из воздушно-десантного направления в морское, не только обучался особенностям работы на воде, но и делился с товарищами навыками затяжных прыжков с парашютом.
С момента своего формирования направления комплектовались исключительно офицерами и прапорщиками. Призывники проходили службу лишь в хозяйственных подразделениях или водителями.
Будущих «подсолнухов» отбирали не только в частях и подразделениях ВДВ и спецназа, но и среди танкистов, артиллеристов, пехотинцев, даже офицеров ПВО и РХБЗ. Несколько раз в год «покупатели» от ГРУ посещали воинские части, изучали личные дела военнослужащих и выбирали подходящих кандидатов.
Но с этого все только начиналось. Офицеры и прапорщики прибывали в Солнечногорск, где с ними проводились так называемые сборы, а фактически вступительные испытания, где проверялись и физическая подготовка будущих бойцов ССО, и личностные качества, а главное – способность работать в коллективе.
Свой путь и автомобили для него
Если сравнивать организационно-штатную структуру Центра подготовки специалистов с выполняющими аналогичные задачи американскими «Дельтой» и DEVGRU, английским 22-м полком САС и немецкой KSK, бросается в глаза, что западные «эскадроны» (аналог направлений в нашем центре) не имеют ориентации под конкретную задачу – они, если можно так выразиться, универсальные.
В частности, в 22-м полку каждый из четырех эскадронов делится на четыре отряда: воздушно-десантный, морской, горный и автомобильный.
Но как показал российский опыт боевого применения спецназа, универсальная система в большинстве случаев не оптимальна.
К примеру, если отряд сил специальных операций ведет боевые действия в горах, то лучше иметь в его составе больше «альпинистов» и штурмовиков, но меньше десантников и моряков.
Поэтому наши специалисты в отличие от западных действуют сводными отрядами, куда в зависимости от задачи передаются группы из различных направлений. По словам собеседников «ВПК», это не универсальный, а адаптивный подход.
В силах специальных операций стран НАТО считают необходимым создавать отдельные подразделения, обученные проникать в тыл врага, совершать рейды и засады на специализированной автомобильной технике, такой как «Лэнд Ровер – Розовая Пантера» в 22-м полку САС, «Пинцгауэры» в американской «Дельте».
Опыт российских ССО показал, что бронемашины типа отечественного «Тигра» в большинстве случаев не подходят для выполнения задач, стоящих перед силами специальных операций. Поэтому выбор пал на высокопроходимые багги, в «Сенеже» высоко оценили израильские внедорожники «Зибар».
Руководство российского центра с самого начала уделяло пристальное внимание не просто обучению снайперов, а подготовке специалистов, способных вести высокоточную стрельбу и при этом решающих широкий круг задач.
Изначально для этих нужд были закуплены финские высокоточные комплексы TRG-42 фирмы «Сако», позже появились британские AWP, разработанные легендарным стрелком Малькольмом Купером.
Отдельно изучались крупнокалиберные снайперские винтовки различных фирм, в частности южноафриканской «Трувел».
В Чечне и за кордоном
Сразу после создния Центра подготовки специалистов его бойцы оказались на передовой. В 1999-м боевики-ваххабиты вторглись в Дагестан, но были разгромлены, а спустя несколько месяцев российские войска начали контр-террористическую операцию в Чечне.
Примечательно, что название «подсолнухи» закрепилось за бойцами центра после их первой командировки на Кавказ. В ту поездку военнослужащие надели панамы, которых тогда не было в других частях и подразделениях специального назначения.
По одной из версий, головные уборы были из только что появившегося летнего полевого комплекта СПН-2.
По другой – панамы, которые бойцы увидели в одном из американских боевиков, были куплены в магазине, торгующем западной формой одежды и снаряжением.
Как бы там ни было, за непривычный вид, а также поскольку центр находится недалеко от станции пригородных электричек Подсолнечная, его бойцы и получили прозвище «подсолнухи». Позже рисунок солнечного цветка на фоне перекрещенных меча и стрелы попал на шеврон центра.
Несмотря на то, что его деятельность в Чечне до сих пор находится под грифом «Совершенно секретно», по имеющимся сведениям, «подсолнухи» ликвидировали и захватывали высокопоставленных боевиков, находили и уничтожали базы и схроны бандитов, решали другие важные задачи. Как вспоминают собеседники «ВПК», от бойцов центра требовали не 100 процентов гарантии того, что задача будет выполнена, а все 300. Они просто не имели права на ошибку.
Одно событие в центре не любят вспоминать. Осенью 1999-го в плен к чеченским боевикам попали старшие лейтенанты Алексей Галкин и Владимир Пахомов. Как опытные бойцы оказались в столь сложной ситуации, до сих пор остается неясным. Но позже оба офицера, несмотря на тяжелые увечья, сбежали из плена и вышли к своим. Алексей Галкин стал Героем России.
По некоторым сведениям, бойцы Центра подготовки специалистов не только воевали в Чечне, но и решали задачи за рубежом. В частности, участвовали в операциях против пиратов в районе Африканского Рога.
Опыт боевых действий в Чечне и иностранные операции показали, что подчинение центра начальнику Главного разведывательного управления не самое оптимальное решение.
Глава военной разведки, к примеру, не может отдать приказ главкому ВВС, чтобы «подсолнухам