Наверх

«Он будет овощем». В Якутске 37-летний мужчина впал в кому после операции

«Он будет овощем». В Якутске 37-летний мужчина впал в кому после операции
  • 01.08.2019 00:00
  • Текст: Storm24.media

— «Он будет овощем». Врачи сказали мне именно так. Как такое могло произойти? Ведь он пришел в больницу на своих ногах, ему всего 37 лет! Я считаю, что операция была проведена неправильно и за это нужно отвечать, — говорит моя собеседница.

В конце июня муж Людмилы* (имена изменены), 37-летний Илья поступил в хирургическое отделение медцентра на плановую операцию по удалению опухоли поджелудочной железы.

Из больницы Илья уже не вышел, а Людмиле сообщили, что ее муж больше не будет полноценным человеком. Сейчас мужчина находится в коме.

Плановая операция

— В конце июня мы с мужем обратились в Национальный центр медицины по поводу муцинозной опухоли на хвосте поджелудочной железы. С собой у нас были снимки КТ из другой больницы, — начинает свой рассказ Людмила. — В медцентре мы планировали получить консультацию, и затем мужа должны были прооперировать.

На встрече с хирургом нам предложили госпитализацию и лапароскопическую операцию. Нам с мужем пояснили, что если не удастся отделить селезенку, то придется сделать полостную операцию. При этом хирург Дмитрий Тимирдяев предположил, что по картине КТ селезенка отделяема и ее будут пытаться сохранить.

1 июля муж был госпитализирован в хирургическое отделение, операцию назначили на дневное время 4 июля.

4 июля в 14.43 я написала хирургу в ватсап, спросила, как прошла операция. Пришел ответ хирурга: операцию сделали лапароскопически, убрали селезенку, так как в процесс были вовлечены сосуды; сообщили, что муж находится в реанимации в медицинском сне и что будут пробуждать его через два с половиной часа.

С 16 часов я звонила в ординаторскую, чтобы узнать, пришел ли супруг в себя. Дозвониться удалось только в 20.30. Мне сообщили, что у мужа открылось кровотечение из-за неправильного ушивания селезеночной артерии и ему пришлось экстренно сделать полостную операцию. Вследствие этого у него произошел геморрагический шок третьей степени, клиническая смерть с развитием тяжелой гипоксической энцефалопатии.

Муж потерял пять литров крови

О том, что Илья потерял пять литров крови и у него отек головного мозга, Людмила узнала не сразу.

— Утром пятого июля я прошла в реанимацию. Там были врач Дмитрий Тимирдяев, заведующий хирургическим отделением Александр Захаров, дежурный врач реанимации Александр Саввин. Они сказали, что у мужа было обширное кровотечение, состояние сейчас очень тяжелое, что муж находится в состоянии медицинского сна для восстановления организма.

Меня попросили привезти пеленки для лежачих больных и средства по уходу для профилактики пролежней. Уже с купленными средствами я снова пришла в реанимацию и увидела на голове мужа лед. «У него отек?» — спросила я. «А что вы хотели, у него было массивное кровотечение», — ответил мне Саввин.

Они стали объяснять, что такое случается, что «скобы идут в три ряда и, наверное, не захватили угол сосуда», и посетовали на то, что скобы, которыми делали шов, оказались бракованными…

В этот же день мне сказали, что по рекомендации невролога седацию (состояние организма, характеризующееся отсутствием или снижением уровня сознания, угнетением рефлексов и болевой чувствительности – прим.ред.) решили продлить до понедельника, предыдущий препарат заменили на пропофол. (пропофолкороткодействующее, предназначенное для внутривенного введения снотворное средство – прим.ред.). Как они сказали – это необходимо для защиты мозга.

Была остановка сердца

Но оказалось, что кровотечение и отек головного мозга – это еще не все, что случилось с Ильей в тот злополучный день.

— В субботу, 6 июля, придя к мужу, я случайно услышала разговор врачей, что у него была остановка сердца. Мне об этом ничего не говорили, — продолжает Людмила.

— После выходных, в понедельник я пошла к заместителю директора клинического центра Людмиле Мохначевской. Она сказала, что в курсе произошедшего, что сейчас врачи исправляют последствия массивного кровотечения. В беседе прозвучало, что хирург Тимирдяев недооценил серьезности ситуации, некорректно зашил сосуд, питающий селезенку, так как лапароскопом определить точно расстояние и степень нажатия при ушивании невозможно. В момент операции врач, увидев, что сосуды селезенки вовлечены в процесс и зная, что может начаться кровотечение, не сделал лапаротомию брюшной полости.

Передозировка наркоза

8 июля, в понедельник, состоялся врачебный консилиум, на котором присутствовали директор Клинического центра Альберт Василев, его заместитель Людмила Мохначевская, заведующий хирургическим отделением №1 Александр Захаров, дежурный врач реанимации Александр Саввин, оперировавший врач Дмитрий Тимирдяев, заместитель заведующего реанимации Любовь Никифорова, невролог и еще два специалиста.

На консилиуме Людмиле сообщили, что у ее мужа была остановка сердца, а далее вследствие обширного кровотечения наступила клиническая смерть. Сейчас врачи пытаются исправить последствия случившегося и делают все возможное, чтобы прооперированный ими мужчина пришел в сознание.

— Я сказала Тимирдяеву, что это он виноват в том, что произошло, что нужно было проводить операцию не лапароскопически, а сделать полостную. И Тимирдяев сказал, что да, он виноват.

Затем невролог сообщила, что мой муж, скорее всего, не придет в сознание, что они не могут дать никаких прогнозов относительно этого. Состояние мужа остается крайне тяжелым.

11 июля я посмотрела медицинскую карту супруга, где было отражено время консилиума, состоявшегося в день операции 4 июля: в 15.20 врачами было принято решение о лапаротомии брюшной полости. В документах также было отражено время асистолии (прекращение деятельности сердца с исчезновением биоэлектрической активности – прим.ред.) – 16.40, и запись невролога во время проведения энцефалограммы головного мозга, что процедура не получилась из-за передозировки наркоза…

Кома и микроб Баумана

На сегодняшний день муж Людмилы находится в коме 2-3 степени. С 15 июля у него поднимается температура. Начался сепсис. Кроме того, во время операции произошло заражение микробом Баумана, который практически не лечится, так как является устойчивым к антибиотикам (акинетобактерия Баумана (Acinetobacter baumannii), их естественная среда обитания до сих пор неизвестна, но в человеческой культуре они ответственны за множество случаев внутрибольничных инфекций. Вызывают менингит, пневмонию, заражение ран, инфекции кровотока и урологические инфекции – прим.ред.).

— У мужа есть реакция на боль и голосовые раздражители, есть реакция зрачков на свет, — говорит Людмила. – Но он лежит. Проснется ли он от «медицинского сна», в который его якобы ввели для сохранения организма, никто не знает.

Минздрав Якутии: начато служебное расследование

11 июля Людмила написала письмо министру здравоохранения республики Елене Борисовой, попросив созвать консилиум независимых экспертов в области анестезиологии, реаниматологии т неврологии для определения лечения и корректировки лечения мужа и дальнейшей тактики ведения. Людмила просила разобраться, как получилось, что была допущена обширная кровопотеря, которая привела к клинической смерти.

«Прошу разобрать протоколы реанимации, насколько они соответствуют современным стандартам и рекомендациям, учитывая тяжелое поражение головного мозга вследствие этого. Считаю, что в лечении моего супруга медперсоналом допущены грубые медицинские и этические ошибки, что попадает под статью о ятрогенных преступлениях», — написала Людмила.

Ответа на это письмо она так и не получила.

Зато был получен другой ответ минздрава республики – на электронное обращение Людмилы, отправленное ею через портал госуслуг.

В нем Людмиле сообщили, что «для проведения внеплановой проверки обращения граждан должны содержать конкретные факты, свидетельствующие об угрозе причинения вреда или непосредственно о причинении вреда жизни и здоровью граждан, с приложением необходимых документов, в том числе документов, подтверждающих законное представительство в отношении гражданина, сведения о котором могут составлять врачебную тайну». Таким образом, ей дали понять, что она не может представлять интересы мужа.

Ответ минздрава республики

Тогда Людмила написала жалобу в миндрав России на имя министра Вероники Скворцовой.

— Я намерена дойти до конца, чего бы мне это ни стоило, — говорит наша собеседница. – Я не жажду мести, ни мне, ни моему мужу от этого легче не станет. Но те, кто виновен в том, что произошло, должны быть привлечены к ответственности.

В свою очередь, мы тоже обратились с запросом в минздрав республики.

Министр здравоохранения Елена Борисова сообщила, что по данному факту ими начато служебное расследование. Что ж, будем ждать результаты этой проверки.

Следком республики: проводится проверка

Кроме того, 12 июля Людмила написала заявление в Следственное управление Следственного комитета РФ по республике.

Мы также обратились с запросом в СКР, где нам сообщили: по материалу проводится проверка, по итогам которой будет принято соответствующее процессуальное решение.

Мы будем следить за развитием ситуации.

Марина САНТАЕВА

Оставить комментарий

Adblock
detector